Идея собственности. Проблема собственности является ключевой в понимании экономической сферы жизни общества. Собственность есть исторически сложившееся человеческое установление. Ж.Ж. Руссо говорит: “Собственность — это истинное основание гражданского общества и истинная порука в обязательствах граждан, ибо если бы имущество не было залогом за людей, то не было бы ничего легче, как уклониться от своих обязанностей и насмеяться над законами”.

Историки направляют свое внимание прежде всего на способы и формы воплощения собственности. Они показывают, как сложно и изменчиво само явление собственности, сколь многоразличны его виды и как исторически видоизменяются конкретные формы его проявления. Историческая трактовка, как и всякое историческое изучение, не дает еще идеи собственности в ее обобщенном, сущностном содержании.

Семья и проблемы межличностной совместимости. Семья составляет существенное звено в цепи социального бытия, ведь каждая нация и .государство слагаются из отдельных семей: семья является первым базисом' государства. Семья — это первичная ячейка общества, объединяющая супругов и их потомство. В семье отдельная личность, поступаясь некоторыми своими особенностями, входит в качестве члена в некое целое. Жизнь семьи связана с половым и возрастным разделением труда, ведением домашнего хозяйства, взаимной помощью людей в быту, интимной жизнью супругов, продлением рода, а следовательно, воспроизведением народа, воспитанием нового поколения, а также с нравственными, правовыми и психологическими отношениями. Семья — важнейший инструмент индивидуального становления личности: именно здесь ребенок впервые включается в общественную жизнь, усваивает ее ценности, нормы поведения, способы мышления, язык. Иначе говоря, семья — это школа воспитания, передачи опыта жизни, житейской мудрости.

Полноценная брачная связь мужчины и женщины предполагает раздельность соединяющейся пары, т.е. такую их связь, в силу которой они не исключают, а взаимно полагают друг друга, находя каждый в другом полноту собственной жизни. Только при этом условии можно говорить об истинной совместимости супругов. Проблема межличностной совместимости — это чрезвычайно тонкая и неимоверно сложная проблема. Люди, вступающие в общение (в процессе коммуникации, совместной трудовой деятельности, учебы, игровых действий или личных отношений между мужчиной и женщиной), оказываются совместимыми или малосовместимыми, а то и вовсе несовместимыми. Межличностная совместимость — это взаимное приятие партнеров по общению, совместной деятельности или жизни в браке, основанное на оптимальном сочетании (сходстве или взаимодополнительности) ценностных ориентации, социальных и нравственных позиций, вкусов, темпераментов и характеров, эмоционального и интеллектуального уровня и настроя, мировоззрения, отношения к труду и т.п. В отношениях между мужчиной и женщиной, в дружбе и любви большую роль играет еще ряд личностных качеств, например возможность эротического взаимоудовлетворения. Психологическая тонкость полового взаимоудовлетворения, а тем самым и совместимости, заключается, кроме всего прочего, в том, способна ли женщина отдаваться мужчине, желая доставить ему максимум удовольствия, в свою очередь мужчина делает то же самое для женщины, или же каждый из них эгоистично стремится получить максимум удовольствия для себя, не заботясь о своем партнере. (Между прочим, во многом именно на этом держится сила взаимной любви в той мере, в какой им импонирует эротический аспект отношений. Ведь мужчина и женщина могут иметь и иные очень, императивные ценностные ориентации.) Критерием межличностной совместимости является удовлетворенность партнеров результатом и, главное, процессом взаимодействия, когда каждый из них оказывается на высоте требований другого, не нужно создавать специальные условия для установления взаимопонимания и постоянно выяснять отношения. При межличностной совместимости, как правило, возникают взаимная симпатия, уважение, уверенность в благоприятном исходе будущих контактов, т.е. в надежности отношений.

Воззрения Джордано Бруно (1548— 1600), являющегося философом и поэтом, характеризуются как пантеизм (раn — все и theos — Бог) — философское учение, согласно которому Бог отождествляется с мировым целым. В этом мировом целом мировая  душа и мировой божественный разум совпадают. Оформлению пантеистической натурфилософии во многом способствовало знакомство Дж. Бруно с воззрениями Николая Кузанского: Бруно усматривал цели философии в познании не сверхприродного Бога, а природы, являющейся “Богом в вещах”. Разделяя космологическую теорию Н. Коперника, оказавшую на него огромное влияние, Бруно развивал идеи о бесконечности природы и бесконечном множестве миров Вселенной. Он рассматривал диалектические идеи о внутреннем родстве и совпадении противоположностей. В бесконечности, согласно Бруно, отождествляясь, сливаются прямая и окружность, центр и, периферия, форма и материя. Основной единицей сущего является монада, в деятельности которой оказываются слиянными телесное и духовное, объект и субъект. Высшую субстанцию составляет “монада монад”, или Бог. Как целое она проявляется во всем единичном по принципу “все во всем”.

Этические воззрения Бруно заключаются в утверждении “героического энтузиазма”, безграничной любви к бесконечному. Это уподобляет людей божеству, отличает их как подлинных мыслителей, поэтов и героев, которые возвышаются над размеренной повседневностью. Иде-и Бруно оказали влияние на таких мыслителей, как Б. Спиноза, Г. Лейбниц, Ф.В. Шеллинг и др.

В Древней Греции мыслители посвящали жизнь исканию истины ради нее самой, замыкаясь в тесном кругу друзей, которых объединяли духовные интересы. В спорах они делились своими идеями, отстаивали свои позиции, не искали публичного признания, не создавали аудитории слушателей. В V в. до н.э. ситуация изменилась. Во многих городах Греции на смену политической власти старинной аристократии и тирании пришла власть рабовладельческой демократии. Возникали новые выборные учреждения — народные собрания и суды, что породило потребность в подготовке людей, владеющих искусством политического и судебного красноречия, силой убедительного устного слова и логической доказательностью своих суждений. В этих новых условиях на смену философам и поэтам стали выдвигаться оплачиваемые профессиональные учителя — сначала просто грамоты, музыки и гимнастики, затем уже словесности, риторики, философии, красноречия и дипломатии.

Софистом сначала именовали человека, который посвящал себя умственной деятельности, или искусного в какой-либо премудрости, в том числе учености. Таким почитали Солона и Пифагора, а также знаменитых “семь мудрецов”. Впоследствии смысл этого понятия сузился, хотя и не заключал еще негативного смысла.